Вы здесь

Штурм вершин Эльбруса (перечень съёмок, сделанных оператором Н. Петросовым в феврале 1943 года во время похода отряда бойцов-альпинистов к Эльбрусу)

Сообщение главного специалиста отдела научно-справочного аппарата И.В. Князьковой на занятии теоретического семинара по повышению квалификации сотрудников архива

17 февраля 2017 г.РГАКФД

Документальная летопись Отечественной войны насчитывает тысячи страниц, в которых рассказывается о мужестве и героизме нашего народа. Особое место в этой летописи, занимает визуальная история войны.

Российский государственный архив хранит в своих фондах большой массив кинодокументов этого периода Великой Отечественной войны. Эти документы созданы благодаря мужеству фронтовых кинооператоров, которые работали на всех фронтах, снимали войну во всех её ипостасях: и боевые действия, и быт на фронте, а также многострадальный тыл, который держался на плечах женщин и детей, особенно в сельском хозяйстве.

Увы, но не весь материал, снятый операторами на фронте и в тылу, вошёл в номера «Союзкиножурнала», который регулярно выходил во время войны, а также в отдельные тематические фильмы, выпущенные в эти годы. Жесткая цензура, как известно, отбирала каждый кадр, и те съёмки, что выходили за рамки заданной темы, откладывались в виде кино-летописи. Значительная часть их хранится в архиве. Несмотря на то, что в большинстве случаев это немые кадры хроники, по эмоциональному воздействию они порой сильнее, чем те, что с дикторским текстом и музыкой в киножурналах и фильмах.

В настоящее время в отделе НСА в плановом порядке ведётся работа по редактированию Базы данных кино. В первую очередь это касается кинодокументов периода Великой Отечественной войны, и это очень важно, так как в аннотации к этим кинодокументам грешат большим количеством ошибок и неточностей.

В ходе работы по редактированию кинодокументов в электронной базе данных, датированных 1943 годом, моё внимание привлекло описание киносъёмок, отложившихся в № 6008 (I-II). Событие, описанное в аннотации, рассказывало о восхождении на Эльбрус группы бойцов-альпинистов в феврале 1943 года. Причём, замечу, в описании Эльбрус ошибочно назван Эверестом. Сам факт восхождения на Эльбрус в период военных действий, безусловно, привлёк моё внимание.

Прежде чем приступить к просмотру кинодокумента, обратилась к описанию киносъёмок, составленному в 1953 году сотрудником кино-отдела Кальсиной Ниной Сергеевной. Несмотря, на несколько поверхностное, без подробностей, описание съёмок, тем не менее, указан оператор, названы отдельные объекты съёмки и участники съёмки. Понятно, что при отсутствии звукомонтажного стола, используя только лупу, вряд ли было возможно это сделать. Следовательно, была дополнительная информация, а именно опись киносъёмок, сделанная самим оператором и которая была использована при работе с кинодокументом. Действительно, такие операторские перечни съёмок к отдельным кинодокументам существуют. Эти описания, в том числе и к военной хронике в некоторых случаях подшиты к новым монтажным листам и описям, или же хранятся отдельно – в хранилище дублей.

За последние 30 лет, критерии работы с кинодокументами изменились, и не только благодаря наличию звукомонтажных столов. Изменился сам подход к описанию: события, запечатлённые на киноплёнку, описываются с учётом конкретных деталей и участников съёмки. Большую помощь оказывает Интернет – в этом случае – незаменимый помощник. Собственно, благодаря этому необходимую информацию можно найти достаточно быстро. Хотя, справедливости ради замечу, что и до его прихода в архив, сотрудниками использовалась масса дополнительной справочной литературы.

Теперь что касается кинодокумента за № 6008. В хранилище дублей монтажных листов действительно был найден перечень съёмок, сделанных оператором Н. Петросовым в феврале 1943 года во время похода отряда бойцов-альпинистов к Эльбрусу. Описание это представляет собой три машинописных листа с перечнем снятых планов в момент похода к Эльбрусу и подъём на него (Фото 1, 2). Кроме того, в конце описи в примечании оператор указывает, что весь материал снят на трёх сортах киноплёнки, а также то, что она подвергалась действию очень низких температур и влажности, и это требовало немедленной её проявки, что и было сделано на Тбилисской киностудии машинной проявкой. Отмечается, что позитивы были отпечатаны по приказу командования Закавказским фронтом. Всего израсходовано 350 метров плёнки.

В результате визуального просмотра кинодокумента, с учётом наличия описания съёмок, сделанных кинооператором Петросовым, было установлено следующее: в ролике нарушена не только хронологическая последовательность монтажа киносъёмок, но отсутствует также часть планов, которые были сняты оператором, указываются им в описи, но в ролике отсутствуют.

Наверное, этому можно найти объяснение: поскольку оператор снимал в очень тяжёлых погодных условиях, то не исключено что в итоге какие-то планы оказались бракованные. Возможно, сказались перепады температуры, либо какие-то другие причины.

Несколько планов восхождения на Эльбрус вошли в фильм «Кавказ», выпущенный в 1944 году. Остальной материал, больший по метражу, отложился в виде кино-летописи за № 6008. Данных о том, что съёмки этого события могут храниться где-то ещё, не установлено. Все авторы опубликованных по этой теме исследований и публикаций, ссылаются исключительно на кинохронику нашего архива.

Теперь, я думаю, пришло время вернуться к событиям февраля 1943 года и ответить на вопрос, почему восхождение на Эльбрус в условиях войны так было важно командованию Закавказским фронтом? Что произошло в регионе Северного Кавказа в период с лета 1942 года по февраль 1943 года? Кто же эти люди, рискнувшие в такое время осуществить подъём на Эльбрус.

Некоторые «выдающиеся» военные руководители, такие как К.Е. Ворошилов заявляли перед началом войны: «Нам на Эльбрусах и Казбеках не воевать, мы будем воевать на территории противника». Но всё сложилось иначе. В результате стратегической ошибки советского командования, посчитавшего, что немецкие войска Группы армий «А» летом 1942 года повторят наступление на Москву, войска противника начали активное наступление на Северном Кавказе. После падения Ростова-на-Дону, к концу лета 1942 года гитлеровцы захватили почти весь Северный Кавказ. Особую роль в наступлении сыграла 1-я танковая армия фельдмаршала фон Клейста (Фото 3).

Немцы рвались к Грозненской и Бакинской нефти, готовились к рывку через Главный хребет Кавказа. 15 августа 1942 года передовые подразделения 1-й горно-стрелковой дивизии «Эдельвейс» под командованием генерала Хуберта Ланца захватили Клухорский перевал западнее Эльбруса. В тот же день 99-й отряд альпийского полка этой дивизии, под командованием капитана Хайнца Грота, вышел к перевалу Хотю-Тау, расположенному на горной перемычке, которая соединяет Эльбрус с Главным Кавказским хребтом. Отсутствие в этом месте советских частей позволило немецким горным стрелкам беспрепятственно подняться на высоту 3546 м, а к 18 августа выйти на южные склоны Эльбруса, захватить несколько перевалов, турбазу «Кругозор» и «Приют одиннадцати», расположенный на высоте 4200 метров (Фото 4).

21 августа 1943 года группа немецких солдат под командованием капитана Х. Грота поднялись на высоту 5633 м (5642 м) западной вершины Эльбруса, и в 11 часов капитан 4-й горно-стрелковой дивизии Макс Геммерлер водрузил флаг фашистской Германии и чуть ниже вершины два треугольных штандарта 1-й и 4-й горно-стрелковых дивизий (Фото 5).

Что же касается восточной вершины: точных сведений о том, что и там были установлены фашистские штандарты, нет. В разных публикациях приводятся разные данные.

Некоторые немецкие исследователи 2-й Мировой войны, такие например, как Петер Либ, утверждают, что приказа из Берлина о подъёме на Эльбрус с целью водружения флагов не было. По его мнению, это была инициатива командира 1-й горно-стрелковой дивизии «Эдельвейс» генерала Хуберта Ланца, помешанного на флагах. Ланц из своих карьерных интересов отдал приказ водрузить нацистский флаг на вершину Эльбруса и даже предложил переименовать Эльбрус в «Пик Адольфа Гитлера».

Гитлер, узнав об этом, якобы пришёл в бешенство и истерически орал, называя стрелков из «Эдельвейса» сумасшедшими, которые, оказавшись в горах, решили поупражняться в альпинизме, вместо того чтобы пересечь Главный Кавказский хребет и продолжить наступление на Сухуми.

Тем не менее, министерство пропаганды фашистской Германии этим воспользовалось, и событие было ярко освещено как в печати, так и в кино, в частности в киножурнале «Дойче Вохеншау № 627», за октябрь 1943 года, который хранится в Госфильмофонде за учётным номером № 20326. Хочу заметить, что в сюжете данного киножурнала, запечатлён момент установки фашистского флага лишь на одной из вершин Эльбруса. Съёмки этого сюжета известны, они не раз были использованы кинематографистами в фильмах, посвящённых битве за Кавказ. Имя оператора, который находился в группе Х. Грота и снимал это событие точно не известно.

В последующих двух номерах этого журнала, немецким оператором, по всей видимости, Хайнцем Эртелем (на него, во всяком случае, ссылаются некоторые исследователи, и фамилия его указана в справочнике Госфильмофонда; возможно, именно он снимал сюжет о водружении флага на Эльбрус) запечатлены стрелки 1-й и 4-й горных стрелковых дивизий за обустройством в горах, в частности за строительством блиндажей, как будто они намеревались закрепиться на этом месте надолго. Ничто не указывало на намерение гитлеровцев продолжать наступление дальше. Ветераны этих дивизий: Михаэль Загер и Людвиг Керн в своих интервью для документальных фильмов «Чистая победа. Битва за Эльбрус» и «Операция «Эдельвейс». Последняя тайна», снятых режиссёром Валерием Тимощенко в 2015 году и показанных на телеканале «Культура» говорят, что им простым солдатам было абсолютно непонятна цель их нахождение в окрестностях Эльбруса, а тем более сам подъём на Эльбрус.

Я думаю связано это было с резко изменившейся обстановкой на фронте, а именно положением немецких войск под Сталинградом. Немецкое командование снимало войска и авиацию с Кавказского направления и перебрасывало их под Сталинград, Снабжение боеприпасами и продуктами было затруднено. Стойкость же советских бойцов обороняющих перевалы Кавказа вызывала восхищение и удивление даже у противника.

Советские же историки говорят о том, что нет никаких сведений о том, что происходило на склонах Эльбруса в 1942 году. Этот материал до сих пор имеет гриф секретности.


А.И. Сидоренко

Тем не менее, после принятых нашим командованием мер, и стойкости малочисленных горнострелковых подразделений, оборонявших перевалы, к исходу сентября 1942 года врага на Северном Кавказе удалось остановить. Гитлеровцы перешли к обороне. Бои приняли затяжной характер. В начале ноября (по некоторым сведениям в сентябре) создаётся «Группа 80», целью которой было выбить немцев из «Приюта одиннадцати», подняться на Эльбрус и водрузить там советский флаг. В группу были отобраны наиболее крепкие и выносливые бойцы. Однако, не все они имели альпинистскую подготовку, да и альпинистское снаряжение оставляло желать лучшее. Буквально в последний момент удалось обуть всех в валенки и пошить из простыней маскировочные халаты. Командиром группы был назначен капитан А. Юрченко из 8-го моторизированного полка НКВД. Главным проводником группы стал известный альпинист бывший начальник альпинистского лагеря «Рот-фронт» Александр Сидоренко (на него обращаю ваше особое внимание, потому что о нём речь впереди). Он вскрыл склады и раздал солдатам всё, что было необходимо.

По своей сути это задание было абсурдно. В Приэльбрусье и особенно на склонах Эльбруса в это время года начинается период снегопадов и метелей и, ни о каких восхождениях на Эльбрус никто никогда не задумывался. Но приказ есть приказ и его следовало выполнить.

Чтобы не привлекать внимание гитлеровцев шли ночами. Добравшись до отметки 4200 м, предстояло подняться на скалы «Приюта Пастухова» и при восхождении на западную вершину Эльбруса (на что я также обращаю ваше внимание), ударить по немецким егерям.

Однако погода смешала все карты группы: штормовой ветер сбивал с ног бойцов, впереди оказалась непреодолимая трещина, появились обмороженные, люди теряли ориентировку. Было принято решение спускаться. Попытка снять фашистские флаги с вершины Эльбруса окончилась безуспешно.


Н.А. Гусак

Окружение и разгром армии Паулюса в Сталинградской битве, а также последующее наступление наших войск на Кавказе создало угрозу второго котла для гитлеровцев, и они начали спешно отводить войска с Кавказа к Таманскому полуострову. Измотанный в оборонительных боях противник покинул Северную Осетию, Кабардино-Балкарию, Ставрополье. 4 января был освобождён Нальчик, а 10 января враг оставил Баксанское ущелье.

Появилась реальная возможность взять реванш на Эльбрусе, тем более приближалась юбилейная дата – 25-летие создания Красной Армии.

Первый приказ из штаба Закавказского фронта поступил 6 января 1943 года за № 17/9 командиру 897-го горнострелкового полка майору П.И. Сироткину: «Инструктор альпинистского отделения опергруппы штаба Закфронта – мастер спорта СССР по альпинизму мл. лейтенант Н.А. Гусак в течение ближайших дней организует и проводит восхождение на обе вершины Эльбруса для ликвидации немецко-фашистских вымпелов и установления государственных флагов СССР. Подготовка и организация группы возлагается на Вас и мл. лейтенанта тов. Н.А. Гусака. Начальником группы назначается Н.А. Гусак. Ввиду политической значимости мероприятия, обеспечить мл. лейтенанту Н.А. Гусаку тщательную подготовку группы из 4-5 человек, им отобранных инструкторов альпинизма и партизан Верхней Сванетии. Генерал-майор И.А. Петров».


А.М. Гусев

Однако за столь короткое время организовать поход к Эльбрусу оказалось невозможным по ряду причин, поэтому 2 февраля 1943 года из штаба опергруппы Закавказского фронта по обороне Главного Кавказского хребта пришло ещё одно предписание за № 210/ог на имя начальника альпинистского отделения военинженера 3-го ранга А.М. Гусева: «с группой командиров… выехать по маршруту Тбилиси-Орджоникидзе-Нальчик-Терскол для выполнения специального задания в районе Эльбруса по обследованию баз укрепления противника, снятию фашистских вымпелов с вершин и установлению государственных флагов СССР».

Предписание также было подписано заместителем командующего войсками Закавказского фронта генерал-майором И.А. Петровым. От политического управления фронта к группе были прикомандированы старший лейтенант В. Лубенец и фронтовой кинооператор инженер-капитан Н.А. Петросов.

Аналогическое предписание получил и лейтенант Н.А. Гусак – один из самых опытных альпинистов, участвующих в боях по обороне и освобождению Северного Кавказа.

Отряд формировался в основном из опытных воинов-альпинистов, прошедших школу боёв в горах, имеющих альпинистскую подготовку и знакомых друг с другом.

Выходили тремя группами: первая группа под командованием лейтенанта Николая Афанасьевича Гусака шла из Сванетии через перевал Бечо и Донгуз-Орун в составе лейтенантов Георгия Однолюбова и Александра Сидоренко, старшего лейтенанта Бориса Грачёва, бойцов Сванского партизанского отряда братьев Хергиани – Габриэля и Бекну, а также радиста Виктора Кухтина. Хочу заметить, что именно на группу, Н.А. Гусака, состоящую из альпинистов 242-й горно-стрелковой дивизии, делало ставку командование Закавказским фронтом. Именно на Н.А. Гусака возлагалась основная задача при любых обстоятельствах водрузить флаги СССР на Эльбрус.


Н.А. Петросов

Вторая группа двигалась тем же маршрутом. Ею руководил Николай Моренец. Под его началом состояли лейтенанты Андрей Грязнов и Анатолий Багров, воентехник 2-го ранга Николай Персиянинов, техник 2-го ранга, выполняющая обязанности радиста, Любовь Коротаева, младшие лейтенанты Георгий Сулаквелидзе и Алексей Немчинов.

Третью группу, которая должна была по Военно-Грузинской дороге, через Крестовский перевал попасть в Нальчик, а оттуда в Баксанское ущелье, возглавил военный инженер 3-го ранга А.М. Гусев, к этому времени только выписавшийся из госпиталя, где находился по поводу травмы позвоночника. В его группу вошли: старшие лейтенанты Евгений Белецкий и Виталий Лубенец, воентехник 2-го ранга Евгений Смирнов, лейтенант Леонид Кельс и кинооператор Никита Петросов. Общее командование объединённым отрядом было поручено А.М. Гусеву. Встреча всех трёх групп была назначена на высоте 4200 метров в «Приюте одиннадцати». Эта гостиница для альпинистов была открыта в память об одиннадцати альпинистах из Петербурга, которые в 1909 году пытались осуществить подъём на Эльбрус, но, к сожалению, неудачный. Вначале был построен деревянный домик для альпинистов, а уже в 1939 году – новый отель, обитый железом и по форме напоминавший гондолу дирижабля.

Многие тропы, ведущие из верховий Баксанского ущелья к базам на склонах Эльбруса, сами базы, полуразрушенные землянки, укрытия и укрепления были заминированы. Поэтому группам приходилось двигаться крайне осторожно.

Вот что записано в дневнике, который вел в группе Николая Гусака Александр Сидоренко, и на который я буду ссылаться, в ходе выступления:

4 февраля, 17:30. Пришли из ущелья Баксан на «Кругозор» (это одна из баз альпинистов). Строений нет. На морене выше здания «Интуриста» ряд немецких землянок. Встретили группу Николая Моренца. Нашли страницу из немецкого журнала. На фото – специально посыпанный снегом портрет немецкого егеря, по-видимому, капитана Грота, здание «Приюта одиннадцати», немецкие флаги на Эльбрусе. Рядом высокопарный текст, воспевающий «подвиг героев».

8 февраля, 10:00. Вышли на «Приют одиннадцати». В 14:30 увидели «Приют». Над ним летает стая ворон. Никаких следов и признаков жизни. Грязнов и Бену из карабинов сделали несколько выстрелов в сторону «Приюта». Только вороны вспорхнули и улетели. В 15:15 подошли к приюту. Из комнаты на 2-м этаже выбросили снег. Вставили стекло и фанеру. Затопили печку. Хорошо поужинали.

9 февраля. С утра тихо и ясно. Только бы идти на вершину! Отдыхали…, с полудня усилился ветер. Минус 20. (Фото 6)

10 февраля. Низкая облачность, снегопад, метель. В 10:15 вышли в разведку на «Ледовую базу». В 11:30 были у цели. День ясный. Готовились к выходу на вершину: затачивали зубья кошек, штычки ледорубов, шили защитные маски, меховые носки. Выход назначили на 2 часа ночи. Вечером Гусак видел на плато трёх человек…

Это оказалась группа А.М. Гусева: «…объятия, рукопожатия. Восклицания. Кто ожидал, что здесь в такое время соберётся столько альпинистов! Стали ждать погоды».

Восхождение предстояло очень сложное. В феврале из-за погодных условий Эльбрус практически закрыт для подъёма. Отполированные ветром ледяные склоны можно преодолеть, лишь в совершенстве владея альпинистской техникой. Эльбрус зимой – это маленькая Антарктида с ураганным ветром и морозом, превышающим 50 градусов. По технике восхождения летом Эльбрус расценивается как вершина второй категории трудности. Зимой трудность восхождения на вершины возрастает по этой шкале на единицу. В плохую погоду зимой на Эльбрус альпинисты вообще не ходят.

В этом смысле подъём гитлеровцев летом на Эльбрус, можно расценить как прогулку и это ещё с учётом их специальной современной альпинистской экипировки.

Что же касается советских бойцов-альпинистов, то их экипировка состояла из полушубков, валенок, ледорубов, стальных «кошек», с четырьмя зубьями, в лучшем случае – с шестью и защитных, в основном самодельных, тёмных очков и меховых масок. Из всего отряда лишь А.М. Гусев и Н.А. Гусак поднимались на Эльбрус зимой. Всего на счету, например, Гусака было 13 восхождений (из них 7 – зимой), у Гусева – 12. Первые же свои восхождения на Эльбрус они совершили ещё в конце 1920-х годов.

Можно себе представить, что предстояло осуществить объединённому отряду альпинистов из 20 человек, для которых было абсолютно невозможным невыполнение приказа командующего фронтом И.В. Тюленева. Да и для самих альпинистов было делом чести сбросить с Эльбруса фашистские символы и установить советские флаги.

13 февраля в 2.30 группа Николая Гусака в составе А. Сидоренко, Е. Белецкого, братьев Хергиани и Е. Смирнова начала подъём на западную вершину Эльбруса на высоту 5642 (по некоторым данным 5633 метра). Погода испортилась, дул Западный ветер и шёл снег. На вершинном плато - туман.

Вот что вспоминает участник подъёма Александр Игнатьевич Сидоренко: «…в условиях крайне плохой видимости поднялись, как показалось на вершину, установили флаг. А когда стали спускаться, зоркие глаза охотника из Сванетии Бекну Хергиани, в белой пелене облаков разглядел две точки: «Вершина там и флаги фашистские там! Что будем делать?».

Высота и лютый февральский мороз давали о себе знать, обжигали лёгкие, шквальный ветер выматывал последние силы. Учитывая сложность обстановки Николай Гусак разрешил двум добровольцам: старшему инструктору по альпинизму 900-го горнострелкового полка Александру Сидоренко и бойцу сванского партизанского отряда Бекну Хургиани идти вверх, а остальным спускаться вниз. Сам остался ожидать двух смельчаков. Захлёбываясь разряженным воздухом, преодолевая отполированные ледяные склоны, поднялись, наконец, к триангуляционной вышке на самой вершине. Здесь развевались потрёпанные ветрами остатки двух фашистских военных флагов. Сняли обрывки флагов. Установили советский флаг. Тура и записки гитлеровцев не нашли. Написали свою записку (в 1956 году эту записку нашли альпинисты, совершившие восхождение на Эльбрус; она хранится в музее альпинизма в Кабардино-Балкарии). Стали спускаться, ориентируясь на выстрелы из автоматов из базового лагеря». (Фото 7)

Как вы понимаете, оператора в группе Н. Гусака не было. Поэтому съёмок подъёма на Западную вершину Эльбруса быть не может. Есть лишь одна фотография, на которой Н. Гусак у флага на вершине. Эта фотографию, как и некоторые другие, связанные с походом к Эльбрусу, сделаны Александром Сидоренко. (Фото 8)

Буран и метель продолжались ещё трое суток, мороз на уровне «Приюта одиннадцати» достигал 40 градусов, но было сделано лишь половина дела. Предстояло подняться ещё на восточную вершину Эльбруса и установить советский флаг.

Когда буран стих, 17 февраля вторая группа из 14 человек под руководством А. Гусева вышла на штурм восточной вершины на высоту 5621 метра. Погода на этот раз благоприятствовала. Небо очистилось от туч, под лучами яркого солнца сверкала белоснежная, двуглавая вершина Эльбруса.

Вот как вспоминает восхождение А.М. Гусев в своей книге «Эльбрус в огне» (М., 1961 г.): «Вышли мы налегке только у Петросова кинокамера, штатив, да ещё запас киноплёнки. Он новичок в горах, а потому несём его груз по очереди. Кроме того, силы нашего оператора надо беречь: на вершине он должен снимать все события. Да и теперь Петросов пытается снимать отдельные этапы восхождения, а это очень нелегко в такой обстановке. Меня удивляет его упорство и выносливость. Сейчас каждое лишнее движение в тягость, а он выходит из строя цепочки на верёвке, чтобы не сорваться, и снимает, замерзая и задыхаясь. Н. Петросов не хуже нас понимает, что поход, в котором и он принимает участие – событие историческое, и каждый кадр будет уникальным».

За 8 часов альпинисты благополучно добрались до высшей точки, но на ней не оказалось ни флага, ни флагштока. Бойцы-альпинисты развернули красное полотнище. Прогремел залп салюта из пистолетов и наганов. Это зафиксировано в общем дневнике отряда. (Фото 9)

Спуск прошёл благополучно. Альпинисты оказались в объятиях своих друзей. Предстоял праздничный обед. Задание было выполнено в указанные сроки. (Фото 10)

Обрывки германских штандартов альпинисты доставили в Тбилиси и передали командующему Закавказским фронтом генералу армии И.В. Тюленеву. В штабе фронта всем альпинистам вручили награды: Н.А. Гусаку, А.М. Гусеву и Е.А. Белецкому – ордена Красной Звезды, остальным – медали «За отвагу». Съёмки этого события, также сделанные оператором Н. Петросовым хранятся в архиве в том же самом документе за № 6008 (только во 2-й части).

А теперь пришло время вернуться к анализу киносъёмок, в которых запечатлён этот героический поход к Эльбрусу. Как я уже говорила ранее, кинооператор Н. Петросов, прикомандированный к группе А.М. Гусева, снимал свою группу по пути к «Приюту одиннадцати», во время встречи всех групп в «Приюте», а также все разрушения на месте высокогорной метеостанции и «Приюта одиннадцати». Но основной его задачей всё же была съёмка восхождения на Эльбрус.

В сохранившихся в архиве съёмках можно увидеть и идентифицировать всех участников отряда альпинистов, в том числе и руководителей – А.М. Гусева и Н.А. Гусака.

Снял Н. Петросов и момент подъёма на восточную вершину Эльбруса группы из 14 человек во главе с А.М. Гусевым, который состоялся 17 февраля. А вот восхождение группы Н.А. Гусака на западную вершину Эльбруса 13 февраля, где ими были обнаружены останки фашистских флагов, снято не было. И это понятно. Подниматься оператору, не обладающему опытом альпиниста, на сложную во всех отношениях Западную вершину было просто невозможно. Он бы мог просто погибнуть. На неё поднялись исключительные альпинисты, для которых невозможным было не взять эту вершину. В случае если бы по каким-то причинам не удалось бы установить советский флаг на Восточной вершине Эльбруса, на западной вершине он бы стоял независимо не от чего.

Тем не менее, руководителю отряда альпинистов А.М. Гусеву, всем участникам отряда необходимо было отчитаться перед командованием Закавказским фронтом о выполнении задания, которое действительно было выполнено всем отрядом без исключения.

Киносъёмки, сделанные Н. Петросовым должны были подтвердить факты восхождения на Эльбрус, снятия фашистских флагов и установления на вершинах советских флагов. Однако, как было сказано ранее, оператор снял только восхождение группы Гусева 17 февраля на Восточную вершину, где, как известно из дневника А. Сидоренко и воспоминаний других участников восхождения, фашистские флаги на ней не были обнаружены. Тем не менее, в съёмках на восточной вершине Эльбруса мы видим в руках Александра Михайловича Гусева обрывки фашистских флагов, которые он снимает с поломанных древков. Командованию фронта нужны были факты. И факты эти были продемонстрированы в съёмках, в виде этих самых обрывков, но снятых с Западной вершины группой Н.А. Гусака.

Но это ещё не всё. В 16-м пункте авторского описания киносъёмок, сделанных на Эльбрусе Н. Петросовым (я о них говорила вначале своего сообщения) и удостоверенных начальником отряда А. Гусевым записано: «Группа лейтенанта Гусака поднимается на западную вершину, срывает немецкие флаги и устанавливает государственный флаг СССР». (Фото 11)

Действительно, как это не покажется странным, но эти кадры в кинодокументе присутствуют: шесть человек во главе с Н.А. Гусаком на вершине Эльбруса, с остатками от немецких вымпелов и флагов. Н. Гусак устанавливает флаг СССР. Но ведь как мы знаем, оператор Петросов не мог это снять 13 февраля. В чём же дело?

Предположить можно следующее: для восстановления справедливости, ведь группа Н. Гусака первой поднялась на Эльбрус, альпинисты во главе с начальником отряда А.М. Гусевым, решили, как сейчас говорят киноведы, реконструировать киносъёмки восхождения на западную вершину группой Н.А. Гусака, что и было сделано оператором Н. Петросовым. Единственно, что не было учтено при съёмке, так это то, что флаг на западной вершине устанавливали А. Сидоренко и Б. Хергиани, с возможно, присоединившимся к ним Н.А. Гусаком. В съёмках же на вершине мы видим всех шестерых членов группы, чего быть в принципе не может, так как в дневнике группы, который как я уже говорила, велся Александром Сидоренко, записано: учитывая тяжёлую обстановку на вершине, Н. Гусак отправил Е. Белецкого, Г. Хергиани и Е. Смирнова в лагерь.

Обо всём этом я уже упоминала, когда рассказывала о восхождении. Есть даже фотография, где Н.А. Гусак у флага на вершине. Эту фотографию, повторюсь, сделал А. Сидоренко.

Не знаю, сыграло ли это какую-то роль для командования фронтом, для альпинистов, наверное, это было важно. Правда, ни в воспоминаниях участников восхождения, ни в одной из публикаций, посвящённой этой теме, об этом нет ни слова. Анализом киносъёмок никто, по всей видимости, не занимался. Это просто никому не было нужно.

Однако, фрагменты киносъёмок, сделанных оператором Н. Петросовым на Эльбрусе в 1943 году, вошли во многие фильмы и киножурналы. Назову лишь некоторые из них, которые хранятся в архиве, это такие фильмы, как: «Кавказ», 1944 г., «День нашей жизни», 1959 г., «Горят костры далёкие», 1959 г., «Путь к вершинам», 1962 г., «Память навсегда», 1975 г., «Память о мужестве», 1975 г., «Тропою юности», 1979 г., «Великая Отечественная. Битва за Кавказ», 1979 г., а также в киножурналы «Северный Кавказ» и «Ровесник», куда также вошли указанные фрагменты. Все эти съёмки, использованные в названных фильмах, в основном лишь иллюстрируют события на Северном Кавказе в период с 1942 по 1943 год.

Что же касается статей, публикаций и даже книг по данной теме, в том числе и размещённых в Интернете, то они, к большому сожалению, грешат ошибками. Например, авторы очень часто путают А.М. Гусева с Н.А. Гусаком и приписывают первому то, что было сделано вторым. Например, записка, которую оставили альпинисты во главе с Н. Гусаком на Западной вершине Эльбруса 13 февраля 1943 года, приписывается А.М. Гусеву, а ведь записка подписана Гусаком и хранится она в музее альпинизма. Восхождение на Западную вершину Эльбруса 13 февраля группой Н. Гусака, также путают с восхождением группы А. Гусева 17 февраля. Или же вот фотография, на которой Н.А. Гусак стоит у флага на Западной вершине. Эта фотография многократно используется в публикациях с неверной аннотацией: А.М. Гусев на восточной вершине Эльбруса 13 февраля.

Вообще историей восхождения на Эльбрус в феврале 1943 года до сих пор интересуются многие, в том числе и молодые люди. В Интернете, например, пользователями сайта «Риск», а это в основном молодые люди, увлекающиеся альпинизмом, очень активно обсуждается эта история. И абсолютно все они единодушны в том, что бойцы-альпинисты, воевавшие в горах Кавказа с гитлеровским горным спецназом и совершившие восхождение на Эльбрус в 1943 году, безусловно, все герои. Для них, для альпинистов эта вершина была сакральным местом, оскверненным фашистскими символами и задача их была освободить Эльбрус от этой скверны.

В 1960-х годах известный советский писатель С.С. Смирнов вёл на телевидении передачу – альманах «О героях», куда он приглашал участников Великой Отечественной войны, которые делились своими воспоминаниями о неизвестных страницах этой войны. И вот одна из этих передач была посвящена обороне Северного Кавказа. На неё были приглашены небезызвестные нам Александр Сидоренко и Георгий Однолюбов. К слову сказать, Александр Сидоренко был фронтовым другом С. Смирнова, с которым он прошёл всю войну. После Эльбруса А. Сидоренко служил фотокорреспондентом в газете «Мужество» 27-й армии, а С. Смирнов был там корреспондентом.

А. Сидоренко и Ю. Однолюбов очень подробно рассказали о том, как участвовали в эвакуации из-под удара гитлеровцев около 1700 работников Вольфрамо-молибденового комбината, жителей Тырныауза и его окрестностей, которых они группами переправляли через Главный Кавказский хребет по перевалу Бечо в Сванетию. Высота перевала, на минутку, составляет 3375 метров, а ведь среди эвакуированных было около 250 детей, а также пожилые и больные люди. Можно только представить, с каким трудом осуществлялась эта операция, в результате которой, тем не менее, ни один человек не погиб. Но это уже другая история. (Фото 12)

Затем герои передачи рассказали о своём участии, в составе группы лейтенанта Николая Афанасьевича Гусака, в штурме вершины Эльбруса. Александр Михайлович Сидоренко показал несколько фотографий, которые он сделал тогда. Среди них и фотография, на которой изображён Н.А. Гусак с флагом СССР на западной вершине Эльбруса, сделанная 13 февраля 1943 года. В конце передачи прозвучала песня, которую сочинили бойцы альпинисты, участники восхождения на Эльбрус – Андрей Грязнов, Любовь Коротаева и Ника Персиянинов. Сочинили они её в Баксанском ущелье по дороге к «Приюту-11» в феврале 1943 года. Поэтому она и получила название «Баксанская». Эту песню полюбили все альпинисты, а Юрий Визбор взял её в свой репертуар. (Фото 13)

Возвращаясь к теме восхождения на Эльбрус, скажу несколько слов о судьбе некоторых участников этого похода.

Кинооператор Петросов, как фронтовой кинооператор продолжал снимать на фронте, после войны работал на киностудии «Центрнаучфильм», стал заслуженным деятелем искусств Кабардино-Балкарии.

А.М. Гусев летом 1943 года был направлен во вновь созданный океанографический институт гидрометеорологической службы Красной Армии, защитил диссертацию. После войны работал в Морской гидрофизической лаборатории в Крыму. В 1951 году защитил докторскую диссертацию, работал на дрейфующей станции Северный Полюс-3, участвовал в работе Советских Антарктических экспедиций, возглавлял Высокогорный геофизический институт, а затем институт прикладной геофизики в Москве.

Н.А. Гусак прошёл всю войну. С 1949 по 1959 год работал сотрудником метеорологической службы Эльбрусской экспедиции Высокогорного геофизического института, затем работал в Москве в институте прикладной геофизики под руководством А.М. Гусева. В 1970 году вышел на пенсию. В 1978 году организовал поход по местам боёв на Кавказе. Умер 7 августа в горах во время похода.

А.М. Сидоренко прошёл всю войну. С 1955 по 1984 год работал режиссёром-оператором на киностудии «Союзспортфильм», снял около 200 фильмов, некоторые фильмы, на которых он был оператором, хранятся у нас в архиве.

Из всех участников похода на войне погиб только Ника Персиянинов. Он был разведчиком, погиб в Венгрии, выполняя задание. В геологической экспедиции уже после войны погиб Андрей Грязнов, зимой в горах лавина засыпала Габриэля Хергиани.

Что касается остальных, то после войны они жили, учились, работали, не переставали ходить в горы. Каждый год встречались в день знаменательного восхождения.

Сейчас в живых не осталось никого, но осталась память, а значит, герои живы.