Одним из важнейших направлений научно-исследовательской работы Российского государственного архива кинофотодокументов является работа по восстановлению кинодокументов первых десятилетий отечественного кинематографа, как дореволюционного, так и первых лет советской власти. Время, отсутствие понимания важности кинодокументов как исторических источников привело к тому, что до наших дней сохранилось лишь небольшая их часть.

         Подобная ситуация характерна не только для нашей страны, но в России ситуация была усугублена двумя революциями, гражданской войной и изменением социально-политической формации страны, повлекшей, помимо всего прочего, национализацию в 1918-1919 годах кинопромышленности.

Также следует отметить, что кинопленка легко, как никакой другой источник, поддаются различным «препарированиям», и одна киносъемка какого-либо события может быть разрезана на куски и включена в различные фильмы, или, наоборот, в фильме могут быть использованы сюжеты из различных кинодокументов. Практика создания новых фильмов в первые годы Советской власти свидетельствует, что значительная часть их монтировалась из негативов ранее снятых фильмов и журналов. Так, например, даже сюжеты номеров первого советского киножурнала «Кинонеделя» активно использовались для создания различных кинолент. В бюллетене Москинокомитета Наркомпроса РСФСР от 14 апреля 1919 г. отмечалось, что большинство негативов «Кинонедели» входит в картины «Годовщина революции» и «Наступление на Уфу».

Значительная часть хроники оказалась разукомплектованной. Уже в 1919 г. Москинокомитет принимает меры по восстановлению первой кинопериодики, поручает эту работу одному из ведущих советских кинодокументалистов Дзиге Вертову. По его словам, кинохроника представляла собой «винегрет из негатива, позитива, надписей, вырезок из драм и прочее». Им была проделана большая работа по восстановлению и описанию киножурнала «Кинонеделя».

         В 1923-1924 годах, чтобы обеспечить сохранность кинодокументов, было запрещено проводить изъятие сюжетов из исторических и архивных фильмов. Но эту порочную практику приостановить не удалось -  советские режиссеры и в 1930-е годы продолжали широко применять метод, при котором они изымали фрагменты из хранившихся на студиях кинофильмов разных лет и вставляли эти куски в свои фильмы (изъятия производились даже из негативов, что привело к исчезновению ряда первоисточников). Поэтому директор ЦГАКФФД СССР С.И. Жбанков вынужден был писать в 1940 г. председателю Комитета по делам кинематографии при СНК СССР  Большакову: "В практике киностудий имеет место вырезывания из негативов готовой кинопродукции  хроникально-документальных кинофильмов  отдельных кадров и сюжетов,  а иногда полное уничтожение этих фильмов, особенно на Московской студии кинохроники.  Просим дать указание вашим Главным управлениям о том, чтобы из негативов готовой кинопродукции никакие вырезывания не производились независимо от содержания фильма и времени производства его".

         К сожалению, подобная практика продолжалось и после Великой Отечественной войны.

          Так перестали существовать некоторые фильмы как дореволюционные, так и первых лет Советской власти.

В таком состоянии ранние кинодокументы хранились около 50 лет.  Когда наступило время изучения и восстановления первоначального монтажа ранней хроники, то оказалось, что многие кинодокументы сохранились до наших дней в виде разрозненных кусков кинопленки или со значительными купюрами. Часть оригиналов (негативов и позитивов) хранилась тогда в единственном экземпляре и имела сильные механические повреждения. Не смонтированные негативы и позитивы (в т.ч. их неопознанные копии) имели разные учетные номера.

Ранний фонд состоял из большого количества тиражных копий одних  и  тех  же  кинодокументов в разной степени полноты метража и (в ряде случаев) с нарушением последовательности  монтажа. В ряде кинодокументов отсутствовали заглавные титры, без которых невозможно было определить принадлежность кадров к конкретному выпуску  фильма, у части кинодокументов к титрам отсутствовали съемки, а к съемкам - титры; в монтаже ряда хроник имелись совершенно посторонние киносъемки (нередко иного времени и места съемки), негативные планы  были рассредоточены  по многим учетным номерам;  в массе коробок отложились  отдельные планы-дубли; наблюдалась разница полноты состава киносъемок в различных элементах комплекта одного и того же учетного номера. Эти обстоятельства потребовали тщательного анализа состава и содержания буквально каждого элемента комплекта обрабатываемого кинодокумента.

         Успех реконструкции киноматериалов зависел, прежде всего, от изучения самих кинодокументов и параллельного выявления всех литературно-архивных источников с информацией об их содержании и выходе на экран (к сожалению, многие необходимые сведения о них не сохранились или их просто никогда не было). Необходимо было изучить и сопоставить между собой большое количество документов. Для определения кинопроизводителя или прокатчика, времени производства изучались характерные особенности оформления заглавных и внутренних титров кинофирм в разные годы. По характерным дефектам на пленке определялась возможная принадлежность материалов к одному первоисточнику, а наличие нумерации титров позволяло определить последовательность сюжетов в кинодокументах (отсутствие нумерации существенно усложняет работу по определению места того или иного киносюжета в ряду других). Своих методов требовало изучение негативов (которых, в отличие от прокатных позитивных копий, дошло до наших дней совсем немного) - фабричная маркировка кинопленок, прокатные и авторские надписи на ракордах или непосредственно на кинопленке (в т.ч. нумерация монтажных планов).

         Первыми с 60-х годов 20 века началась работу по источниковедческому анализу и восстановлению хроники Февральской, Октябрьской революци